Привет. Почему-то решил тебе написать.
Хоть ты меня, должно быть, давно забыл.
Я – тот чудак, что просил тебя рисовать
Барашка в наморднике. Ты ошарашен был,
Но рисовал. Спасибо. Прости за напряг.
Был в депрессии и цеплялся за всё подряд.
Потому что сдуру сделал неверный шаг
И не знал, как эту херню отмотать назад.
Но теперь я в порядке. Закаты всё веселей.
Вулканы спят, – хоть из пушек по ним стреляй.
Кстати, с Розой у нас – серебряный юбилей.
Хочешь – поздравь. Не хочешь – не поздравляй.
Ты удивишься, наверное, только я
Помню в деталях ту ночь, когда я свалил.
Ко мне тогда по барханам ползла змея.
Это был уж. Я по пятнышкам определил.
Я сперва следил за тобой. Потом перестал.
Потому что решил заняться своей судьбой.
Вроде ты ушёл в географы, забухал,
Даже был фонарщиком, а после стал деловой.
Молодец. Ты всегда на жизнь смотрел королём.
Я был маленьким, но тогда уже понял — ты
Обязательно вырулишь, вылетишь за окоём.
Состоишься. Расправишь крылья своей мечты.
Ты ещё рисуешь удавов, съевших слонов?
Я рисунки те до сих пор не могу забыть.
Я стал реже смеяться. И больше не вижу снов.
Это возраст, да?.. Наверное. Может быть.
Вот сижу и перебираю всё, что имел.
Астронома прошу: «Заметь меня, астроном!»
Ну, пока. Пиши. Если что – это мой e-mail.
Ты хоть смотришь на небо — там, за твоим окном?..
Баобабы прополоты. Над головой звезда.
В нашей почве на днях нашли дорогой металл…
Ты летаешь ещё? Прошу – напиши, что да.
Если нет – соври. Просто я хочу, чтоб летал.