Друзья!
Все, что вы видите на этом сайте, создано коллективом творческого союза «Игла» на волонтерских началах. Весь мир «Иглы» создан благодаря щедрым инвестициям времени, сил, энтузиазма и оптимизма авторов проекта.
Нам будет очень радостно, если вы захотите угостить нас чашечкой кофе в благодарность за наши труды.
Это совсем необязательно, но чертовски приятно!
Подготовка ссылки...
Подождите...
Посмотрите свежие произведения наших авторов!
Большинство наших произведений были озвучены Верой Арболь и доступны в аудио формате. Мы благодарны ей за потраченные время, усилия и мастерство!
Такой период,
что все жанры заменяет собой
пейзаж.
Что казнь стрелецкая,
что утро после казни –
Ты лучше голову повыше подними...
Дождливая осень. Пожелтевшие листья, не выдерживая тяжести капель, срывались с деревьев и падали на мокрый асфальт. Природа сбросила желто-коричневый корсет, и сквозь ребра деревянных заборов стали видны внутренности дачных участков: неровно уложенная серая плитка...
Ещё не осязаемы, как чёрная материя,
Для нас, увязших в темноте, в глухом средневековье,
Свободная Якутия, свободная Ичкерия
Свободное и вольное Північне Приазов'я...
Третий Рим и Четвёртый Рейх,
Первый шаг – белорусский А́ншлюс.
Притягателен смертный грех.
Отрыдался – дай Бог, откашлюсь...
Опорожню рубильник в шёлк
Трёхцветного панира,
И вспомню, как мой город шёл к
Захвату полумира,
И был растоптан, словно червь...
На свете шесть больших материков,
И сотни стран – все разные такие,
Но ни в одной не любят дураков
Так искренне, как любят их в России...
Раз тело во мраке сложнее найти,
Без света ей было ещё не до слёз.
Босая, без чи́льца, нагая почти
Бежала на гаснущий шорох колёс.
Не пускайте меня на парад в честь девятого мая.
Там едва ли найти тех, кто помнит о страшной весне
Сорок пятого года. Там гордо уставы ломая,
Распевает народ панегирики новой войне...
Не кругла земля, а многоугольна.
Застонал Вергилий, затрясся, «больно!».
И стихи легли ровной стопкой в папку,
Ведь заместо точки он ставил крапку.
У тирана на руках кровь и битум.
Гоблин в форме, бьёт детей – чешет биту.
Обличает в темноте строгость линий
Убегающий маяк тёмно-синий...
На плечах неподъёмный крест.
Годы смутные. Люди скованы.
И распятие, как протест,
С потентатом не согласованный.
В нулевых были мяч и санки,
Книжный шкаф, пианино, дед,
А десятым большое danke
За открывшийся Старый свет...
